Сотрудник министерства финансов рассказал, что представляет собой работа в госсекторе

Сотрудник министерства финансов Дмитрий Московцев в интервью RusDelfi рассказал, как решается проблема пустующих многоквартирных домов, как сотрудники относятся к смене правительства и что представляет собой работа чиновника министерства.

Как сотрудник министерства вы занимаетесь проблемой пустующих многоквартирных домов в Ида-Вирума. Это масштабная проблема?

Действительно, я работаю в том числе и с самоуправлениями Ида-Вирумаа, занимаюсь пилотным проектом от Министерства финансов, в нем участвуют Кохтла-Ярве, волости Люганузе и Валга. Суть — решить проблему пустующих многоквартирных домов, именно в этом направлении мы и работаем вместе с самоуправлениями, тестируем и разрабатываем долгосрочные решения.

В Эстонии есть регионы, где серьезно уменьшается население. Этот процесс начался еще с момента восстановления независимости Эстонии, и в некоторых регионах население уменьшилось на достаточно большой процент. Более того, прогнозы показывают, что в следующие 20-30 лет во многих регионах страны население и дальше будет уменьшаться. В некоторых регионах прогнозируется до 30% уменьшения населения — влияют как экономические проблемы, так и демографические. Но это касается не только Ида-Вирумаа, есть и другие примеры: Валга, например. Представьте, что в начале 1980-х в городе жило около 18 500 жителей, но со временем население сократилось на треть, а размеры города, инфраструктура и количество строений остались практически такими же. Поэтому многие строения становятся ненужными, неиспользуемыми, при этом, их техническое состояние постепенно ухудшается. Начали появляться пустующие квартиры, которые ничего не стоят и полупустые дома, в которых кто-то еще живет, но большая часть квартир уже давно пустует. Большое количество пустых квартир влияет на цену недвижимости в этом месте, у нас есть города, где цена за м2 квартиры стоит меньше 100 евро.

В чем заключается конкретно ваша задача?

Мы разрабатываем и пробуем разные решения на примере конкретных самоуправлений и полупустых домов. Наша задача вместе с местным самоуправлением — помочь последним жителям опустевшего дома переехать в новое жилье, решить вопросы собственности, чтобы самоуправление получило здание полностью в свое владение, а потом уже старую постройку нужно сносить. Лично моя роль здесь — курировать проведение пилотного проекта, анализировать и представить предложения министру и правительству — как в будущем данную проблему можно было бы решать, какие меры поддержки нужны самоуправлениям, которые с такой проблемой столкнулись и какие законодательные инициативы, возможно, необходимы, чтобы способствовать процессу. Целью работы является достижение ситуации, когда местные самоуправления предотвращают появление проблемы пустующих домов или при необходимости решают её.

А как быть с теми, кто по каким-то причинам не хочет покидать свои квартиры?

Это важная часть пилотного проекта — понять, каким образом возможно обсуждать с человеком вопрос его жилья, это очень эмоциональный и личный вопрос. Но, с другой стороны, когда большая часть дома уже пустая, есть опасность, что центральное отопление будет выключено. Такой дом могут посещать вандалы, например чаще случаться пожары — то есть, дом сам по себе становится опасным. Здесь речь идет о здоровье и жизни человека, поэтому важно найти с жильцами компромисс, предложить лучшее жилье в хорошем доме, помочь с переселением. Со стороны местного самоуправления необходим индивидуальный подход к каждому жителю. Это — часть пилотного проекта, мы смотрим, как это работает на практике, анализируем.

Как вам работалось с министром финансов — Мартином Хельме, политиком партии EKRE?

В министерстве финансов есть две больших сферы, два министра — я работаю в сфере государственного администрирования и, соответственно отчитываюсь перед министром административного управления. За это время непосредственно с министром финансов я не соприкасался, но скажу, что когда ты работаешь чиновником в министерстве, тебе не важно, кто и из какой партии приходит на пост министра и с какой повесткой. Ты выполняешь работу специалиста, делаешь анализы и разрабатываешь решения. Политическую же повестку все-таки задают министры, правительство и парламент. Если меняется правительство — меняется и повестка, и чиновники в министерствах к этому готовы, это часть их работы.

То есть, не стоит опасаться ситуации, когда ты приходишь в министерство, а твои политические взгляды каким-то образом не совпадают со взглядами руководства?

В любом случае, если человеку становится явно некомфортно работать, то всегда можно перейти на другое место. Но как чиновник министерства у меня есть определенные задачи и цели, которые ставит правительство. Есть программа правительства, которую нужно выполнять в процессе работы. На самом деле, за 4 года работы в министерстве у меня 4 раза поменялся министр, каждый раз приходит человек со своим стилем и взглядами, но мы одинаково выполняем свои обязанности и поддерживаем министра на его посту. Стоит еще добавить, что помимо политической повестки, у министерств и учреждений есть еще устранённые законами задачи и функции. Например, предоставление более качественных услуг жителям страны, где различные точки зрения в политических вопросах играют часто намного меньшую роль.

Вы стояли у истоков TEDxLasnamäe. Что это был за проект и какую роль вы играете в нем сейчас?

Мы вместе с Владимиром Светом этот проект когда-то начали, в итоге я пять лет организовывал конференцию. За это время мы выросли с маленького проекта до достаточно масштабной в рамках Эстонии конференции с прямой трансляцией. Я решил после этого, что время пришло и надо передавать организацию другим людям. Команда продолжила нашу деятельность, на следующий год TEDxLasnamäe организовывали уже без меня, в этом же году, к сожалению, из-за пандемии мероприятие не проходило. Тем не менее, я считаю такой формат очень интересным. Знаете, у каждого человека должна быть возможность в свободное время сделать что-то полезное, общественно значимое. Это может быть все, что угодно, но для меня это была организация TEDx конференции. По сути, это — добровольческая деятельность, которая имела какой-то общественный эффект — чтобы русскоязычные специалисты в Эстонии больше были на виду, могли поделиться своими идеями, мыслями.

Как вы считаете, эстоноязычные версии такого формата конференций были более успешны?

На самом деле, в Эстонии проводится достаточно много подобных мероприятий. TEDxTallinn, TEDxTartu, даже TEDxNarva делали. Нельзя сказать, что одна была успешнее другой — они все разные, все зависит от того, как команда видит эту конференцию, как ей интересно это делать. Но мы всегда были амбициозными, старались делать необычно и масштабно. Мы решили, что не будем приглашать действующих политиков и спортсменов, потому что до того, как мы начали делать TEDx, в русскоязычной языковой повестке преобладали в основном они. Наша идея была в том, чтобы находить интересных людей или специалистов в своей сфере и давать им площадку чтобы высказаться. Если открыть список бывших спикеров TEDxLasnamäe, можно увидеть, что многие люди, которые у нас побывали, стали впоследствии частыми гостями в эстонских медиа. Мы показали, что есть очень образованные умные люди, которых можно привлекать к общественной дискуссии в медиа. Я думаю, что это — успех и именно то, чего мы хотели добиться.

Были ли какие-либо изменения в финансировании вашей рабочей сферы в связи с пандемией и коронакризисом?

Пока что, насколько я знаю, никаких ”урезаний” не было, но весной будет процесс формирования бюджетной стратегии на четыре года — тогда, во время составления долгосрочного бюджета такие решения и принимаются. Это работает таким образом, что к марту разные министерства подают свои предложения, какие программы и новые проекты нужно финансировать. Все эти предложения потом обрабатываются министерством финансов, а к маю-апрелю правительство примет решение. Мы тоже готовим предложение в сфере, которую я курирую — какая сумма требуется для решения проблем пустующих многоквартирных домов. А дальше уже министры и правительство будут принимать решение.

Может ли правительство найти например несколько миллионов на поддержку того или иного проекта (сумма варьируется в зависимости от сути проекта) — это сказать сложно, обычно запросов о финансировании на порядок больше, чем сумма, которую государство может выделить, поэтому решить, какие проекты государство может поддержать, а какие нет — очень сложно и требует компромисса.

Как вы пришли в министерство?

Я получил степень бакалавра в Таллиннском университете, изучал государственное управление. В университетское время был очень активным, занимался различными проектами, одно время являлся одним из руководителей студенческого самоуправления. Потом после университета я пошел работать сначала в местное самоуправление — работал несколько лет в Таллиннской горуправе (районной управе Кесклинна), где до этого проходил практику. Потом я подал заявку на работу в министерство финансов на конкретный проект — создание государственных домов услуг, им я занимался два года. Проект был представлен правительству, его приняли и сейчас он активно воплощается в жизнь — во многих уездных центрах идет строительство таких домов. Моей задачей тогда было вникнуть в вопрос, обсудить его со специалистами из разных гос. учреждений и составить конкретный план вместе с расчетом необходимых инвестиций. Позже в какой-то момент мне предложили заняться темой пустующих домов, и я полностью перешел на этот проект.

Какие качества ценятся для работы в министерстве?

Конечно, желательно иметь опыт работы, например, в местном самоуправлении или в другом учреждении, насколько я видел, в министерстве не очень любят брать людей сразу из университета, у которых еще нет опыта. Стажировка — это другое дело. Лично я очень советую идти в министерство, потому что это — большой скачок в понимании того, как работает государство. Я знаю случаи, когда после стажировки — сразу, либо через какое-то время- людям предлагали участвовать в конкурсе на рабочее место и эти кандидаты выигрывали. Главное — хорошо себя показать во время этой стажировки. Далее даже если через полгода-год вы захотите подать на какое-то рабочее место, стоит указать своих руководителей стажировки — людей, которые могут сказать о вас что-то хорошее. Это может повлиять на результат.

Часто, когда говоришь, что работаешь на министерстве, люди думают, что ты политик. Но это не так, ты в первую очередь специалист, который занимается конкретными проблемами. В целом, в министерстве работают эксперты, которые не только хорошо знают свою сферу (например, налогообложение или региональное развитие), но и способные её дальше развивать исходя из современных вызовов.

А есть ли возможность у тех, кто приходит на практику в министерства внести свой личный вклад в решение каких-либо проблем? Стоит ли идти на стажировку тем, кто хочет приносить реальную пользу обществу, менять что-то в лучшую сторону?

У меня в прошлом году проходил практику студент, который помог изучить опыт других стран в решении проблемы пустующих зданий в регионах с уменьшающимся населением. Результаты его исследования нам очень помогли, а он на основе найденных материалов написал свою дипломную работу в университете. Я знаю, что коллеги из министерства экономики и коммуникаций, которые занимаются вопросами жилищного хозяйства, взяли себе практиканта для помощи в изучении вопроса, почему квартирные товарищества в Кохтла-Ярве не так активно занимаются реновацией домов. Это — конкретная проблема, на решение которой практикант может повлиять, внести свой вклад в формирование последующих решений.

С другой стороны, министерства не занимаются такими бытовыми моментами, вроде ”конкретная дорога требует ремонта” — в министерстве все-таки занимаются формированием долгосрочной политики и решением более глобальных проблем.

01/03/2021
Практикант Министерства культуры: Государственный сектор - это реальное, доступное всем рабочее место

Осенью прошлого года был запущен пилотный проект программы практики, в рамках которого различные министерства и государственные учреждения предлагали увлекательные места для получения практического опыта студентам, для которых родным языком не является эстонский. Анастасия Булатчик и Вероника Мишелева рассказывают о своем недавнем опыте работы в отделе культурного многообразия Министерства культуры. Анастасия: Когда я узнала, что меня […]

Loe edasi...
14/02/2021
Сотрудник министерства финансов рассказал, что представляет собой работа в госсекторе

Сотрудник министерства финансов Дмитрий Московцев в интервью RusDelfi рассказал, как решается проблема пустующих многоквартирных домов, как сотрудники относятся к смене правительства и что представляет собой работа чиновника министерства. Как сотрудник министерства вы занимаетесь проблемой пустующих многоквартирных домов в Ида-Вирума. Это масштабная проблема? Действительно, я работаю в том числе и с самоуправлениями Ида-Вирумаа, занимаюсь пилотным проектом […]

Loe edasi...
09/01/2021
Практикант Министерство образования и науки рассказал чем новое поколение русских в Эстонии не похоже на своих родителей

Айвар Камал — студент, работает в Союзе молодежных объединений и занимается развитием внешних связей. А еще Айвар попал на стажировку в Министерство образования и науки и будет заниматься международным сотрудничеством в данной сфере. Айвар окончил русскую школу с языковым погружением и до поступления в университет в малой степени соприкасался в эстоноязычным обществом. Как ему удается […]

Loe edasi...
28/12/2020
Праздник песни и танца — исконно "их вечеринка": советник по науке и развитию Министерства культуры дал интервью

Александр Айдаров, советник по науке и развитию Министерства культуры, рассказал, как получил гражданство, правильно ли, что на Празднике песни не поют по-русски, а также зачем эстонским министерствам русскоговорящие сотрудники? Правда ли, что министерство культуры — самое ”русское” из министерств? (много русскоязычных сотрудников) Если честно, сложно сказать, не знаю точно, сколько таких сотрудников в других министерствах. […]

Loe edasi...
crossmenu